Местом обитания любви считается сердце. На самом деле сердце – не источник, а индикатор любви. Его отчаянный стук, который, кажется, слышат все вокруг, его пугающие перебои дают нам знать, насколько это чувство сильно.
Любовь, оказывается, живет в голове, в самых глубоких и древних отделах мозга, которые мы унаследовали от давних предков – рептилий. Там обитают наши базовые, неуправляемые чувства и влечения. Именно эти отделы активизировались, когда перед глазами влюбленных появлялся портрет предмета их страсти. Когда им показывали фото просто знакомого человека, активизации не происходило.
Чтобы пожар любви охватил нас, мозг должен разослать сигналы по всему организму. Сигналы не электрические, а химические, в виде определенных гормонов, точнее, нейротрансмиттеров. Каких именно – ученые тоже выяснили: при романтической влюбленности в крови повышается содержание дофамина – гормона цели, а также норэпинэфрина (адреналин).
Одновременно снижается содержание серотонина – гормона удовольствия. В результате любовь прочно ассоциируется со страданием (недостаток серотонина) и одновременно – с высоким взлетом, вдохновением (избыток адреналина). Что же касается главного «виновника» – дофамина, то он дает полную концентрацию на предмете страсти. Он властно понуждает добиваться цели, стремиться к обладанию столь желанным предметом.Состояние пылкой влюбленности длится в среднем 12-17 месяцев. Этого в принципе достаточно, чтобы добиться взаимности или получить окончательный отказ. Если бы огонь страсти пылал дольше, он просто сжигал бы нас дотла, что явно не входит в планы природы. Счастливые любовники умирали бы от истощения, а отвергнутые – от невыносимых страданий.
Но нет правил без исключений. В отдельных случаях любовь может длиться очень долго. Особенно если это любовь несчастная. Для счастливой любви у природы есть механизм, который превращает буйное пламя в ровный огонь очага. Для несчастной любви такого механизма нет – только инстинкт самосохранения. Он срабатывает не всегда.
Когда цель достигнута, души и тела соединились, начинается новый этап отношений. В процессе любовных ласк вырабатываются такие вещества, как окситоцин и вазопрессин. Эти вещества имеют отношение к производству потомства, к лактации, а также к формированию тех удивительных отношений, которые связывают мать и дитя. Это гормоны нежности и привязанности.
Эти же вещества подавляют производство «гормонов страсти». Пылкая влюбленность угасает по мере того, как растет привязанность.
Фаза тихого блаженства предусмотрена природой на срок, необходимый, чтобы выносить и выкормить младенца. Ее продолжительность – в среднем три года. На четвертом году многие отношения распадаются.
С другой стороны, иные пары демонстрируют поразительную живучесть чувств и отношений. Но это иные чувства и иные отношения. И связаны они не с древними, «рептильными», а с поздними, чисто человеческими структурами мозга. Можно называть это дружбой, можно – вечной любовью. В любом случае эти чувства – другая тема.
О пользе ухаживания
«Живучесть» отношений во многом определяется скоростью их развития. Стоит ослепляющей страсти утихнуть – и мы вдруг обнаруживаем, что предмет нашего обожания не лишен недостатков. Почему он так быстро изменился?
На самом деле он не менялся, просто в любовной горячке у нас не было ни времени, ни возможности разглядеть нашего избранника.
Долгий период ухаживания позволяет двоим лучше узнать друг друга и хотя бы отчасти застраховаться от неприятных открытий.
Средство от любовной тоски
Эндорфины – природные болеутоляющие – играют ключевую роль в блаженстве разделенной любви. Они дают общее ощущение благополучия. Но эти вещества высвобождаются не только во время телесных контактов влюбленных. Они вырабатываются и при физической активности: многим знаком «кайф бегуна» – приятные ощущения, связанные с нагрузками, спортом, движением. Радость движения – в отличие от радости любви – доступна каждому и в любое время. Тот, кому известен этот секрет, не зачахнет от любовной тоски.
Повысить низкий уровень серотонина поможет горький шоколад или лежание на песочке у моря. И вот уже жизнь не кажется такой несчастной.
Но как быть с неизрасходованным дофамином – «охотничьим гормоном», который связан с преследованием цели, с погоней за добычей? Его можно истратить в погоне за победой в спорте. Любая охота, включая рыбалку и сбор грибов, – вполне дофаминовое занятие. Азартные игры – из той же серии. Но лучше всего – карьера. Избыток дофамина позволит вам быстро добиться профессионального роста: истратив это вещество, вы забудете о несчастной любви.
Страница для печати
